Версия для слабовидящих
Союз общественных объединений инвалидов Архангельской области
30 июня 2022, 19:46

«Лучше быть, чем казаться…»

Алексей Геннадьевич Бабошин - мастер спорта России, методист и педагог Центра дополнительного образования, тренер по настольному теннису региональной спортивно-адаптивной школы паралимпийского резерва, руководитель котласской межрайонной организации Общества инвалидов, и превосходный поэт.

Алексей, расскажите, пожалуйста, про Вашу инвалидность

 «Я являюсь инвалидом с детства, у меня врожденное заболевание "гемофилия", оно достаточно редкое и называется в народе «царская болезнь» - это заболевание, которым страдал сын последнего императора России Николая Второго, цесаревич Алексей. Такое это нарушение свертываемости крови, при котором кровь не останавливается при травмах, и постоянно возникают серьёзные проблемы при кровотечениях. И соответственно, если кровь попадает в сустав, то сустав начинает разрушаться, поэтому люди, больные этим заболеванием, страдают также заболеваниями опорно-двигательного аппарата, потому что у них в течение жизни, с детства разрушаются практически все суставы.

Долгое время таких людей качественно лечить не могли, но в последнее время выработали определённые лекарственные препараты, которые позволяют заместить недостающие в крови компоненты, и благодаря этому, качество жизни таких людей стало намного выше. Если я, например, раньше в детстве часто болел и постоянно лежал в больнице, то с 2002 года нам стали выдавать препараты бесплатно через государственные программы, благодаря этому качество моей жизни изменилось, я начал заниматься спортом, получил возможность работать на постоянной основе, не быть иждивенцем. Благодаря лечению, и своему упорному и волевому характеру, наверное, и трудолюбию я могу работать, вести активный образ жизни, я содержу семью, воспитываю детей и живу полноценно, и счастлив, как может быть счастлив здоровый и сильный, успешный человек.

Да, я инвалид с детства, но инвалидом себя не чувствую, в такой мере, что это мешает мне жить. Единственное ограничение, наверное, это доступная среда и может быть несоблюдение определенных законов, которые мешают людям с инвалидностью полноценно жить. А в целом сейчас, в нашем государстве, созданы более-менее нормальные условия для развития, для жизни и становления личности человека с инвалидностью. Это конечно большой прогресс в нашем государстве».

А можете немного рассказать про Ваше детство? Каким Вы были ребенком? Послушным или так называемым хулиганом?

«Очень хороший вопрос. Я занимаюсь не только рабочими моментами и спортивной деятельностью, я еще человек творческий и пишу стихи, не так давно я выступал в детских оздоровительных лагерях перед маленькими детьми, и, вспоминая себя маленького, вот рассказываю, например, я был очень активным, очень хулиганистым, таким шебутным ребенком. Мне хотелось познавать мир, быть все время в центре событий, и был такой заводила, зачинщик всех моментов озорных, драчун немножко, к сожалению, обычно все это заканчивалось больничной койкой, потому что заболевание такое, не прощает активностей. В больнице я тоже озорничал, конечно... Вот, например, смартфонов не было. Чего мы делали? Либо проказили как-то, либо занимались какими-то рукотворными изделиями. Воровали трубочки от капельниц, из них сплетали чертиков, рыбок, паучков разных, но нам их не давали, и приходилось их тайком добывать из процедурного кабинета. Устраивали часто войнушки в больнице, добывали из "процедурки" шприцы, и брызгалки из них делали. Конечно, за это меня часто и заслуженно ругал медперсонал больницы.

Я любил расширять свое социальное пространство, спасибо моим родителям, они меня растили здоровым ребенком, в понимании, что они меня не ограничивали, спасибо большое, что они не старались меня оградить от мира. Это очень правильная позиция. Я всегда родителям детей, с которыми я занимаюсь, говорю, - не надо ребенка позиционировать как больного, он потом иначе не встроится в эту жизнь как здоровый человек, он будет себя чувствовать каким-то неполноценным, и к нему будут относиться также, у него и жизнь будет неполноценная в итоге. И те ребята, которые у меня занимаются адаптивным спортом, они такие же, как я, то есть активные, веселые, сильные, смелые, добрые, веселые и не чувствуют себя инвалидами, хотя приходят ко мне такие хроменькие, немножечко зажатые, мы с ними работаем не только по спорту, но и чтобы они развивались как нормальные дети.

Одним из приключений в детстве было готовить всякие бомбочки, всякие с порохом там, взрывали, бросали в костры и вот один раз я как бы взорвал себе пальцы, у меня сейчас два пальца на руке и когда я перед детьми выступал, они меня спрашивали, почему у вас два пальца? Я говорю, не будьте хулиганами, все петарды, которые вы взрываете, они могут привести к тому, что вы можете потерять свои пальцы — вот так. Надо воспитательные моменты проводить. Кстати, в подростковом возрасте мама купила мне велосипед, и я, несмотря на не сгибающуюся ногу, и без пальцев на руке, научился им управлять.

Вот так у меня протекало детство, и из-за этого я плохо школу закончил. Потому что я думал не сколько об учебе, а о том, как жить интересно и активно. Ну, и конечно, постоянные пропуски школьных занятий из-за болезни повлияли. Но неудачный школьный аттестат не катастрофически влияет на тебя, если ты сам потом перед собой цели ставишь серьезные, и достигаешь их».

Расскажите, пожалуйста, а с чего начались Ваши первые шаги к спорту? Откуда появился такой интерес, какая была цель и мотивация?

«Как я уже сказал, я был очень активным ребенком, и наша страна была советская, спортивная. Олимпиады по телевизору, чемпионаты мира, хоккей, футбол, лыжи. И мы дети все равно, так или иначе, хотели заниматься спортом. И у меня все сверстники либо в секции ходили, на футбол, волейбол, баскетбол, а я был отлучен даже от уроков физкультуры. Все на физкультуру, а я сижу на скамейке. Мне один раз мячом прилетело в голову, меня и со скамейки выгнали, сказали не ходи в зал, просто тусуйся где-нибудь или вообще иди домой.

Я понимал, что в спортивную секцию меня не возьмут. Мама попробовала меня отдать в начальной школе в секцию настольного тенниса. Это самое яркое мое воспоминание, когда меня привели в большой, светлый и красивый спортивный зал, яркий, такие движения интересные ребята совершают, у меня с детства эта эмоция запечатлелась, когда ребята играют быстро и активно с мячом.

И, как мама сказала, - тебе это доступно, быстро бегать с мячом не надо. Стоишь у стола и играешь. Тренер разрешил мне посетить несколько занятий, и после того как узнал, что у меня инвалидность, сказал: мы инвалидов не берем. Все, и на этом моя спортивная карьера закончилась. Но у меня в Котласе, в микрорайоне Болтинка, во дворе у дядьки стоял самодельный стол для настольного тенниса, и мы с пацанами также немножко перекидывали мяч на нём, летом. Потом когда меня в санаторий возили после больницы, там тоже стояли теннисные столы, и мы тоже так баловались. Но это всё детские игры были. Когда я школу закончил, было очень много свободного времени, в университет я понимал, что не поступлю, у меня аттестат был очень слабый, а поступать в училище техническое я не хотел, т.к. меня не возьмут потом на работу. И в какой-то период у меня было очень много свободного времени, и со своим товарищем мы решили попробовать заниматься настольным теннисом дома. Мы стол-книжку разложили, поставили самодельную сетку - натянули кусок ткани, из обычной простыни, поставили две палочки, связали это все - купили ракетки за 100 рублей и начали пробовать перекидывать, учиться играть в теннис.

Потом, когда мы с товарищем посчитали, что научились играть, мы пошли в спортивный зал, и попросились на занятия, сказали, что хотим заниматься теннисом. Лет нам было тогда по 20. Тренер сказал: вы кто? Вы студенты? Нет. Школьники? Нет. Мы инвалиды. А нет, инвалиды у нас не занимаются. И мы ушли.

Начали искать, где играть в настольный теннис в городе. Мы ходили платно в какой-то клуб, но это же все равно было любительское дело. Нам хотелось именно учиться играть, а не просто баловаться.

В итоге мы года 2 так поскитались, так поиграли до 2007 года. И потом я говорю, так больше не может продолжаться, а меня стали брать на областные соревнования среди инвалидов. Меня включили в команду города Котласа. И впервые я поехал где-то в середине 2000х годов, в Архангельск, на Летние областные спортивные игры инвалидов, и там я увидел, что люди с инвалидностью бегают, прыгают, стреляют, плавают, играют в настольный теннис. В Архангельске, Северодвинске, Новодвинске. Но только не в Котласе. Я тогда сказал себе: во что бы то ни стало, Котлас будет лучшим в Архангельской области по адаптивному спорту! И вот уже последние 5-7 лет город Котлас является лидером среди городов нашей области по играм инвалидов во всех почти дисциплинах. В настольном теннисе вообще нет конкурентов, у нас уже 5 кандидатов в мастера спорта, 3 мастера спорта по настольному теннису среди инвалидов с поражением опорно-двигательного аппарата. Я и мои единомышленники это все развили с нуля.

Я возвращаюсь в город и говорю, надо что-то менять. Первым делом я пошел в администрацию и пришел к заместителю по социальным вопросам. Говорю так и так, школьники могут заниматься спортом, студенты могут, а инвалиды не могут. Почему?

Так, а в чем проблема? В том, что нам не дают зал. Берет чиновник трубку, набирает номер телефона директора этого заведения, и говорит: к вам сейчас подойдет Бабошин Алексей Геннадьевич, посмотрите в расписании и выделите ему время 3 раза в неделю, до свидания.

Очень просто решался вопрос, оказывается, только надо было найти, кто будет этим заниматься. Я прихожу с товарищем, посмотрели, время дали и мы начали играть уже в большом зале. Играли, но я понимал, что это все любительский уровень. Я начал подсматривать на занятиях за работой тренера, оставался на тренировках детской спортивной школы, дети играют, я повторяю в углу движения. И так год за годом, я научился основным приёмам, потом начал брать платные уроки, играл с товарищами много. Потом я выехал на первые всероссийские соревнования в город Великий Новгород, там, я думал, что хорошо играю, приехал - всем проиграл, понял, что я ничего не умею. Опять начали тренироваться, и в итоге год за годом выполнил 2 разряд, 1 разряд, кандидата в мастера спорта и вот в 2019 году на чемпионате России, став серебряным призёром в личном разряде, я выполнил норматив "мастер спорта России", звание пожизненное. При этом мне удалось сколотить команду людей, которые тоже хотят заниматься спортом, и сейчас у нас идет развитие серьезное».

Вы тренер по настольному теннису? Как решили тренировать других?

«Я работаю по совместительству тренером по спорту лиц с поражением опорно-двигательного аппарата, дисциплина "настольный теннис", тренирую и детей, и взрослых, и в том числе детей на колясках, и стоячих спортсменов, и всяких разных.

Вот родился я – ребенок-инвалид, меня никуда не берут, я никому не нужен, а я сам себе доказал, что нужен. Девушке своей доказал, которая стала моей женой, сыновьям доказал, что у них хороший папа. Потому что, когда они были маленькие, они тоже иногда меня не воспринимали и стеснялись меня. Мне было сначала неловко, но потом я все объяснил, я с ними разговариваю, своим примером показываю, что я сильнее, чем другие. Сейчас они действительно мной гордятся и, говорят, что я очень успешный человек, успешнее многих здоровых и получается, что дело не в инвалидности совсем и не в том, как ты выглядишь.

Я не хочу, чтобы дети такие же, как я, страдали и были никому не нужными. Но сначала у меня была цель просто развить адаптивный спорт, чтобы любой человек с инвалидностью имел равные возможности проявить себя. Спорт делает сильным. Вот когда ты преодолеваешь какое-то препятствие, когда у тебя есть соперничество, когда ты заставляешь себя делать много-много раз одно и то же, у тебя вырабатывается спортивный характер, сила воли. А этот характер нужен для всего, в учёбе, в работе.

Я думаю, что многие спортсмены достигают больших высот, карьерного роста, успешны в жизни, потому что у них есть вот этот волевой характер, волевые усилия. Преодолеть себя, трудиться и получить результат.

Если я раньше боялся через ямку перешагнуть, то сейчас я свободно через канаву могу перепрыгнуть. И я в своих детях, которых тренирую, тоже это замечаю. Если они до этого приходили, подволакивая ножку, то сейчас они могут выносить серьёзные физические скоростные и силовые нагрузки. Они не замечают своей инвалидности, или не акцентируют внимание на своей неполноценности. И родители многие говорят мне: спасибо, что вы просто изменили нашего ребенка, сделали его сильным. Для меня это, конечно, очень ценно и важно».

Алексей, знаю, что помимо Вашей спортивной карьеры, Вы еще творческий человек, и Вы пишите стихотворения. Ваша книга «Завьюженные строки». Насколько мне известно, Вы пишите стихи еще лет с 13, а какой был Ваш первый стих? Как он получился?

«Я начал писать стихи в подростковом возрасте, но это были стихи такие о ранней влюбленности, какие-то юмористические вещи, какие-то зарисовки, больше эмоциональные, нежели зрелые. Профессиональные стихи я стал писать, конечно, позднее, уже в осознанном возрасте.

Первые стихи они были смешные. Ну, понятно, что вот ты написал первый стих и уже думаешь, какой он классный. Но на самом деле стихи, как и проза, как и любое творчество -  это, прежде всего, не тяп-ляп сделанная штука, а действительно хорошо обработанная по правилам искусства работа. Хотя есть вот эти авангардные вещи, но я все - таки классицист.

Когда стали появляться более качественные стихи, они конечно были немножко депрессняковые, но то есть был такой период, когда я окончил школу, я понимал, что пока все было беспросветно, я увлекался алкоголем, и друзья у меня такие же были.

Стихи были между жизнью и смертью, смысл жизни, зачем мне все это надо, а стоит ли жить и зачем жить, ну и понятно, что ещё и стихи про безответную любовь. Первый цикл стихов я написал, примерно 20 стихотворений, хотел показать миру. Я отнес их в газету «Вечерний Котлас», а там есть литературная страничка, рубрику которой вела известная в городе поэтесса Людмила Мусонова. Я приношу материал и прошу его опубликовать. Она говорит: я прочитаю, ознакомлюсь, потом вам скажу свое мнение. Прихожу через неделю, она дает мне мои листочки, они все зачёркнуты, новые слова вписаны, и половина текста не моего. Я говорю, что не свои стихи не буду публиковать. Но пару стихотворений все-таки опубликовали.

Когда опубликовали первые стихотворения, я газету отцу принес, а он их вырезал и к себе положил, и для меня это было уже прям такое, что оценили, и папа признал, что я чего-то стою».

Расскажите, планируете ли Вы выпустить еще одну книгу?

«Очень хочется издать еще нескольких книг, но увы нет денег. Есть в планах выпустить 4 книги. У меня различные стихи: лирические стихи о любви и природе, об окружающем нас мире, есть социально - бытовые, спортивные, патриотические вещи, стихи для детей.

Я стараюсь не ограничивать себя в размере определенном. Я пишу, исходя из своего ритма. Оно должно все так совпасть по тактам и ритму, чтобы я это спел. Если я это для себя спою, то это стихотворение. Также я стараюсь не ограничивать себя в темах. Если раньше я писал на одну тему, то потом один умный человек посоветовал мне писать обо всем. И вот сейчас я получил денежную премию небольшую от города, я отложил ее на книжечку, может получится, буду потихоньку копить».

А у первой книги, какой был тираж?

«По-моему, 300 экземпляров, но они разлетелись вообще влет, у меня потом спрашивали, еще выпусти и еще».

А есть ли у Вас опыт писать в других жанрах? Может рассказы или какие-нибудь сказки?

«Я пробовал писать прозу, это сложнее для меня оказалось, потому что надо больше слов. Я привык уже писать как можно меньше слов, но они должны быть емкими, вот как бы одно слово должно подчеркивать какое-то большое событие, например слова-символы, метафоры.

Проза - это больше. И надо еще быть мастером, чтобы из огромного количества слов лишнего ничего не было, мне кажется, прозу иногда еще сложнее писать.

Но я написал несколько рассказиков, у меня есть автобиографический рассказ «Мальчик Алеша», который едет на Паралимпиаду. Это рассказ написан от третьего лица, как он рос маленький на костылях, болезненный, и как он преодолел себя и поехал на Паралимпиаду в Сочи.

У меня, наверное, рассказов всего 2 - 3, я пока не готов к этому, мне нравится все-таки здесь и сейчас писать стихи». 

Как перестать обращать внимание на чужое мнение, мнение незнакомых людей и принять себя?

«Это, наверное, касается не только людей с инвалидностью, это вообще так называемые психологические барьеры. Определенный внутренний конфликт, ты себя не ценишь, чувствуешь себя неполноценным в чем-то, и это комплекс, который в тебе есть.

Сложно дать общий совет. Попробую. Я так учу детей, которых я взял себе на воспитание. Потому что я говорю, прежде всего, я из вас делаю не спортсменов, а хороших людей. А для этого вам нужно работать над собой, не только мне. Я же вас не вытащу за волосы из болота, если вы этого не захотите. Я вам помогаю сейчас стать сильными, а расти и развиваться по жизни вам дальше придётся самостоятельно.

Важно чтобы тебя ближайшее окружение не считало белой вороной. Первый момент, это когда родители не выделяют тебя, как какого-то ребенка или взрослого, как не такого, как все, и они тебе это не навязывают. Такой же нормальный.

И вот когда я все равно понимаю, что меня друзья поддерживают и родители, но ведь я себя все равно ощущаю неполноценным человеком. Вот какой я? Хромой, очкастый, невысокого роста, не симпатичный, с плохими знаниями после школы, куда дальше? Что делать мне такому?

Дальше таким жить и ничего не делать - это значит всю жизнь и быть таким, никому не нужным человеком. Значит нужно, чтобы тебя таким люди полюбили, приняли как равного, уважали, взаимодействовали. Но для этого себя нужно полюбить таким. И значит, я стал читать книги по психологии, как уметь общаться с людьми, слушать и слышать, уметь быть интересным собеседником, знать язык жестов и язык тела. Уметь такие жесты показывать, так уметь общаться, чтоб ты понравился человеку таким, какой ты есть.

Полюби свое тело таким, какое оно есть, и сделай так, чтобы ты сам понравился другому человеку.

Ты можешь, и должен быть успешным, а чтобы быть успешным, нужно обладать знаниями, а значит нужно идти куда-то учиться и что-то делать с собой, улучшать себя. И вот посмотрев на себя со стороны, я понял, что нужно убрать проблему в сторону. Ты здесь, она там, и она тебе уже не мешает. Барьера не стало, я его убрал. Я есть такой, какой есть, но проблемы у меня нет.

Остальное - самосовершенствование. И тогда неважно, какие у тебя волосы, какой живот, какие ноги, важно то, какая ты личность, как ты можешь подать себя людям, что ты можешь дать людям, миру, и как ты любишь сам людей.

Если ты людей любишь, они любят тебя в ответ, если ты им даешь много хорошего, то оно возвращается обратно».

Беседовала Арина Курмаева, студентка 2го курса Высшей школы социально-гуманитарных наук и международной коммуникации, kurmaevaarina973@gmail.com +7(952)301-89-04

Мои лестницы

 Алексей Бабошин

Есть лестницы:
к Богу и свету ведущие.
Есть лестницы:
синоним карьерного роста.
Есть лестницы:
Маленькие, большие –
лестницы просто.
Любую из лестниц
осилит идущий.

Есть люди,
шагающие по лестницам,
кто вверх, а кто вниз,
легко и свободно.
А для меня
каждый шаг
по любой из лестниц –
мучительно-сложно,
физически больно!

Ступени классические,
никакой экзотики,
из разной материи состоящие:
деревянные, каменные,
из живой плоти…
Шаг за шагом,
зубы оскаливши

пряча взгляд,
одинокий до горечи,
стараясь не попасть
под встречные
взгляды-выстрелы
карабкаюсь по лестницам
до самой полночи,
потом и кровью
ступени выстелив.

Я становлюсь
мудрее и старше…
Выслушивая слов
пустосочувственных рать,
белый средь равных,
иду собирать
мелочь на длинных
лестничных маршах.

 



Подписка на рассылку новостей
Конкурс социальных роликов «Люди рядом»
Конкурс «Общество равных возможностей»
Мы ВКонтакте
Работа в России
Служебный вход